«Екатерина составляет свой „Бумажный гербарий“ из фрагментов виниловых пластинок и их бумажных оболочек, обнаруженных в заброшенном доме.
Гербарий сам по себе имеет мемориальную составляющую — скромный полевой цветок, случайно обнаруженный в томике Николая Гумилёва, — память о мимолётном свидании где-то в захудалом поместье Владимирской губернии. Цветы давно потеряли свои яркие краски и чарующий аромат, музыку со старых поцарапанных пластинок уже не воспроизвести — остались лишь воспоминания. Лапидарные декоративные узоры советской массовой печати превращены в изящные композиции из обрезков цветной бумаги, обесцвеченных временем, будто пыльной вуалью. Однако они прекрасно подходят в качестве метафоры той избирательности личной и культурной памяти, благодаря которой каждый человек может упорядочить разрозненные факты в стройный исторический миф.
Регулярный узор старинных бланков может стать фоном для „портретов предметов“ — тюбетеек ручной работы. Неровные овалы рукотворных объектов вступают в диссонанс с регулярной сеткой напечатанных в промышленных масштабах бумаг. Полвека назад советские концептуалисты пытались деконструировать власть бюрократии, создавая пародию на формализованные официальные документы. Екатерина Рожкова просто перекрывает их своей живописью».
Отрывок из статьи Евгения Наумова «Мы играли в прятки с реальностью за стеною леса воспоминаний»
